Маркар Седракян (1907-1973) — коньяковед, дегустатор, создатель новой уникальной технологии производства спиртных напитков в Армении и СССР. Именно благодаря его усердной работе и навыкам армянский коньяк обязан сегодня своей уникальностью и популярностью.
За свою жизнь Маркарян создал 15 видов коньяка, среди которых знаменитые «Арарат», «Армения», «Наири» и другие.
Свой первый коньяк Маркар создал в 1937 году, тогда ему было 28 лет, и напиток тут же стал первым в СССР коньяком высшего сорта. Он гордился своей родиной и очень хотел назвать его «Армения». Однако на дворе были страшные времена массовых репрессий, расстрелов и ссылок. Последовав совету великого армянского поэта и писателя Аветика Исаакяна, Седракян решил дать коньяку более нейтральное название – «Юбилейный».
Но самая интересная история связана с созданием коньяка «Двин», ставшего любимым напитком английского премьера Уинстона Черчилля.
Все началось в 1937 году, когда папанинцы снарядили экспедицию на Северный полюс. Каждая республика что-то подарила членам экспедиции. Белорусы дали теплую одежду, украинцы поставили сало, а армяне — свои коньяки. В газете «Правда» есть статья с опубликованным папанинцами письмом и фотографией, где они вместе держат бочку коньяка. В письме они написали, что им настолько холодно, что 42 градусный коньяк их не согревает. И тогда была поставлена задача: можно ли изготовить коньяк, имеющий более высокий градус? С этих пор и началось создание высокоградусных коньяков. Поиски мастера привели его к созданию потрясающего 50-ти градусного терпкого коньяка, который он назвал «Двин» – именем древней армянской столицы.
Презентация нового коньяка «Двин» прошла в 1943 году в Тегеране, на совместной конференции трех мировых лидеров – Иосифа Сталина, Уинстона Черчилля и Франклина Рузвельта.
С тех пор ежегодно и до самой смерти Черчилля, раз в квартал в Лондон отправляли десять ящиков коньяка «Двин». Каждый ящик содержал 20 бутылок.
В 1946 году Маргар Седракян был репрессирован и сослан в Одессу. Там он несколько лет проработал на местном коньячном заводе. И если бы не любовь британского премьера к армянскому «Двину», то возможно, Седракян до конца жизни оставался бы в ссылке.
Дело в том, что в 1947 г. Черчилль пишет письмо И. Сталину, в котором выражает недовольство качеством и вкусом любимого напитка. В Москве был дан приказ разобраться. Выяснилось, что на заводе нет мастера и что он в Сибири. Однако и в Сибири его не было. На одном из заседаний Политбюро Микоян рассказал Сталину, что Седракяна сослали по какому-то нелепому обвинению.
Дело в том, что в начале войны, когда решалась судьба Советского Союза, все заводы и фабрики в приграничных республиках, не эвакуированные в Сибирь, были заминированы, поскольку существовала реальная угроза нападения Турции и Японии. Был заминирован и ереванский коньячный завод. Однако Маркар, сдав всю взрывчатку в КГБ, настоятельно отказался взрывать «свое детище». Это был очень смелый шаг, поскольку в сталинское время неподчинение приказам военного времени было равносильно измене. После войны, в 1947 году Седракяна сняли с должности и арестовали. Варпета спасает друг, Микоян. Приехав в Ереван, Анастас Иванович не интернировал его из высыльных списков, а лишь направил в другом направлении – в Одессу, основывать одесский коньячный завод. Поэтому по одним спискам Седракян находился в ссылке, а на самом деле, в это время он создавал одесский коньяк на местном заводе.
Вот почему после высылки на заводе закончились купажированные Седракяном запасы коньячного спирта. И некому было делать новый купаж коньяка «Двина». Рецептура Седракяна была нарушена и это сразу же заметил Черчилль. Маркару тут же пришло распоряжение вернуться в Ереван, но Седракян отказался, поставив условие: нахождение в Одессе должно официально считаться командировкой, но никак не ссылкой. Через полтора года нахождения в Украине и создания украинских коньяков «Одесса» и «Украина», Седракян возвращается в Ереван, на этом и заканчивается его ссылка-командировка.
